Военно-санитарный поезд №312

ВСП обложкаКак только началась Великая Отечественная война, Вологодский паровозовагоноремонтный завод приступил к формированию военно-санитарных поездов. Первый поезд № 312 вышел в свой первый рейс 26 июня 1941 года. В его коллективе было 75 вологжан - медицинских работников и железнодорожников. За четыре военных года этот поезд совершил десятки рейсов на все фронты, пройдя 200 тысяч километров - расстояние, равное пяти кругосветным маршрутам, - и перевез более 25 тысяч раненых. Это был уникальный поезд. За время войны его коллектив внес десятки рационализаторских предложений по организации перевозки раненых, превратив поезд в образцовое лечебное учреждение. Наряду с перевязками и уколами для раненых здесь были организованы физиотерапевтические процедуры и занятия лечебной физкультурой.

Когда военно-санитарный поезд № 312 прибывал на станцию, его старались поставить на первый путь - настолько он был красивым и ухоженным. Каждый санитар, каждый проводник, каждая медсестра старались сделать "свой" вагон самым лучшим. Белоснежное белье, вышитые или расписанные цветами скатерти на столах, нарядные наволочки, живые цветы рядом с койками – все это создавало уют, поднимало раненым настроение, делало пребывание в поезде комфортным, почти домашним. Персонал поезда своими силами стирал белье и дезинфицировал инвентарь, а также проводил ремонт вагонов, в том числе замену окон, покраску вагонов, смену колесных пар.

Чтобы рацион раненых был по-домашнему разнообразным, на крыше одного из вагонов стояли ящики с выращиваемой зеленью, под вагонами перевозили кур, в багажном вагоне держали поросят, на стоянках команда заготавливала грибы и ягоды.

Во время порожних рейсов в поезде были устроены небольшие мастерские - столярная, жестяная, портняжная, сапожная. Шили гимнастерки, брюки, рукавицы для команды, ремонтировали обувь, изготавливали удобные шкафчики, полочки, всевозможные удобные приспособления. Во время стоянок работники выходили в колхозы и совхозы - помогали теребить лен, убирать зерно, копать картошку. Оказывали помощь всем, кто в ней нуждался: на станции Галич помогали грузить торф, в Карабанове помогли отремонтировать биологическую станцию для текстильного комбината, в Костроме восстановили разрушенный водопровод. Заработанные средства частично тратили на закупку необходимых материалов для оборудования поезда и мастерских, остальное направляли в помощь фронту.

В 1942 году коллективу ВСП-312 вручили переходящее знамя РЭП-95, и до конца войны оно осталось в поезде. Сейчас это знамя хранится в военно-медицинском музее в Санкт-Петербурге.

О легендарном военно-санитарном поезде писательница Вера Панова написала книгу "Спутники", а на экраны вышли художественные фильмы "Поезд милосердия" и "На всю оставшуюся жизнь". В 2016 году на Вологодском вагоноремонтном заводе открыт вагон-музей, посвященный ВСП-312.

фотовыставка ВСП-312 

Общее фото

Общее фото командного состава

  • Разумова Любовь Васильевна, старшая медсестра
  • Киселева Фаина Васильевна, военфельдшер
  • Порохин Иван Алексеевич, зам. начальника по АХЧ
  • Шестиперова Августа Аркадьевна, диетсестра
  • Соколова Евдокия Ивановна, младшая медсестра
  • Беляева Анастасия Алексеевна, начальник аптеки
  • Махонин Павел Степанович, замполит
  • Дьячкова Татьяна Михайловна, начмед
  • Даничев Николай Прокопьевич, начальник поезда
  • Евстигнеева Александра Васильевна, старшая медсестра
  • Захарова Валентина Аркадьевна, медсестра
Даничев


Николай Прокопьевич Даничев, начальник поезда

До войны Николай Прокопьевич работал терапевтом в Ленинграде, в поезде был с первого дня. Требовательный к себе и другим, Даничев идеально организовал работу поезда. "Я лечащий врач и начальник санитарного поезда, перед погрузкой был обязан проверить каждое звено работы – от изолятора до кухни, от перевязочной до электростанции, от дезинфекционной камеры до звуковещательной станции…и только если весь комплекс работ был закончен, я и врач-ординатор могли твердо и уверенно приступать к своей основной работе".

Порохин

Иван Алексеевич Порохин, заместитель начальника поезда по АХЧ, парторг.

У Ивана Порохина был инженерный, конструкторский дар и несомненный организаторский талант - именно с его легкой руки ВСП-312 стал уникальным. По воспоминаниям, Иван Алексеевич был строгим, требовательным к себе и другим. Вот что писала ему в послевоенном письме медсестра Нина Соловьева: "У меня перед глазами прежний Порохин военных лет, наглаженный, начищенный, с серыми проницательными глазами, страж порядка ВСП-312. Боялись мы вас в то время как огня. И не зря - давали вы нам чертей за малейшее неповиновение или беспорядок. А ведь мы были по-молодому беспечны, иногда легкомысленны, хотя и трудолюбивы и по-молодому выносливы".

Дьячкова
Татьяна Михайловна Дьячкова, начальник медицинской части

В поезд Татьяна пришла совсем молодой девушкой - за ее плечами было два года врачебной практики. Спокойная, всегда приветливая, Татьяна Михайловна работала в вагонах для тяжелораненых. Доктор Дьячкова вспоминала первые рейсы, когда на не разрушенных еще станциях дети дружно выбегали встречать поезд, приветливо улыбались раненым, совали им кульки, узелки с едой. Потом дети тоже выходили к составу, но уже из закопченных развалин, грустные, молча направлялись прямо к вагону-кухне и протягивали пустые котелки,а то и банки из-под консервов.И это было страшнее налета в Тихвине, когда бомбы все-таки достали поезд; страшнее виденной под Архангельском пахоты, когда женщины тянули на себе плуг; страшнее страданий раненых. А страданием был наполнен каждый из 53 рейсов поезда. Страданием, а также состраданием, даже к поверженному врагу.

 

Евстигнеева
Александра Васильевна Евстигнеева, старшая медсестра.

Шура Евстигнеева начала службу еще в финскую войну. "Не ходи, доченька, добровольцем, - запричитала мать, увидев сборы дочери 22 июня 1941 года, - хватит с тебя войны". В добровольцы Шура записаться не успела – 23 июня пришла повестка, а 24го она уже принимала свои три вагона. Деловая, энергичная, знающая, она работала безоглядно, о себе вообще забывала. А уж как была смела! На крышу вагона, когда враг сбрасывал фугаски, лезла первой, опасность для нее словно не существовала. Она действительно хорошо знала свое дело и умела потребовать. Хотя была ненамного старше своих подруг, девушки охотно ей подчинялись.

Яковлева
Валентина
Алфеевна Яковлева, сандружинница

В поезд Валя попала летом 1942. Работала в кригеровском вагоне, с тяжелоранеными. Кроме работы с ранеными, дел хватало: кормить, убирать, мыть посуду. Валентина Алфеевна вспоминала: "Чтобы накормить раненых, нужно было принести еду с кухни, которая была в первом вагоне. После обеда мыли посуду… однажды я мыла посуду и выплеснула помои под откос - вместе с ложками. Пока собирала ложки, поезд тронулся. Подхватила ложки и еле успела вскочить на подножку последнего вагона - так и ехала целый перегон. А было холодно, замерзла жутко, но ничего, не заболела".

Лиходкина

Валентина Ивановна Лиходкина, сандружинница

После окончания курсов сандружинниц, в начале 1942 Валю мобилизовали в ВСП-312. Она представляла, что будет вывозить раненых с фронта, а увидела настоящий госпиталь. Даже расстроилась поначалу – ведь шла на войну, а тут будет так легко! Но легко не было – было очень и очень тяжело. Позже Валентина Ивановна вспоминала:

"Очень трудно было ухаживать за тяжелоранеными. Представьте, например, вагон раненых в челюсть – их приходилось кормить через зонд, одного кормишь – остальные ждут голодные! Только накормила - а он снова руками машет, есть просит – мужики здоровые, аппетит отменный!... Или бывали загипсованные с ног до головы, внутри гипса все чешется, сзади просовываешь палочку с намотанным бинтом и пытаешься как-то облегчить страдание…"

Пустовойт
Татьяна Васильевна Соловьева

Татьяна поступила в поезд вместе со своей сестрой Ниной в 1942 году. Обе работали с тяжелоранеными.

Из письма Татьяны Васильевной Соловьевой (Пустовойт):

"В начале 1943 года я познакомилась с девушкой-военфельдшером и попросилась у Татьяны Васильевны (Дьячковой) отпустить меня на фронт. Та вместо фронта влепила мне три внеочередных наряда - дежурить сутки по составу. Ночью я делала обход поезда. В 14 вагоне в тамбуре слышу: кто-то тяжело дышит. Спрашиваю: "Кто здесь?", получаю сильный удар в грудь, падаю, ударяюсь в дверь, тут же вскакиваю и гонюсь за мужиком в соседний вагон. Кричу: "Стой, стрелять буду!" Он открывает вниз окно и вываливается наружу - висит, держась за раму - а поезд мчится на полной скорости. Я спрашиваю: что тебе надо в поезде, может, мину заложил? Убью сейчас!" (А сама дрожу - пистолета-то у меня нет, начальник распорядился, чтобы мне его на дежурство не давали - не дай бог на фронт убегу). Но мужик, видимо, поверил, отцепил руки и скатился под откос. Оказалось, работала целая шайка: они разрезали межвагонную "гармошку" и воровали американские постельные принадлежности - простыни, одеяла. Пересчитали - все на месте, не успел украсть, вовремя я появилась. Мне объявили благодарность и сняли два внеочередных наряда".

Костыгин

 Александр Павлович Костыгин, санитар.

Александр Павлович прошел гражданскую войну, во время которой отморозил пальцы на ноге, и ему их ампутировали. До войны работал в совхозе, в 1941 был призван в действующую армию, на Ленинградский фронт, после ранения попал в ВСП-312. Он занимался всем подсобным хозяйством поезда. Начальник поезда Даничев писал о Костыгине: Этому человеку можно было поручить любое дело. Не работа искала его, а он работу. Он помогал Тарусову столярничать, заготавливал топливо для кухни, носил еду раненым… Приходилось проверять, отдыхает ли он или работает сутки без сна…Он держал наших кур и поросят в образцовом порядке и чистоте - до 5 раз в день кормил животных, следил, чтобы куры не замерзали, поливал огород. Товарищи его ласково звали "директор подсобного хозяйства". Кроме того, Костыгин обслуживал дезкамеру - выполняя кипячение и санобработку белья. Входил в состав ремонтной бригады поезда. После войны вернулся в родной совхоз Нефедово.

Махонин

Павел Степанович Махонин, замполит

Комиссар поезда отвечал за политическую грамотность коллектива, проводил учебные занятия, политинформации. В его обязанности входило поддержание боевого и морального духа коллектива. В дни испытаний Махонин не отсиживался в служебном купе - во время бомбежки в Тихвине тушил пожар, участвовал в спасении медицинского имущества из горящего Пскова. После войны Павел Степанович вернулся в родное Устье.

Шестиперова

Августа Аркадьевна Шестиперова, диетсестра

Гутя Шестиперова была родом из Устюжны. Она родилась в 1914 году, по окончании медицинского училища начала работать в больнице на хирургическом отделении. На третий день после объявления войны получила повестку, была направлена в ВСП №312. Сначала Августа была старшей сестрой, затем - диетсестрой - лично следила за приготовлением пищи для раненых. В ее ведении были кухня, склады, ледник, столовая для офицерского и сержантского состава и другие помещения пищеблока. Все это содержалось в образцовой чистоте. Аккуратистка и модница, Гутя задавала тон: гимнастерка на ней сидела, как влитая, косыночку повязывала так изящно, что у нее в поезде учились этому медсестры. После войны Августа Аркадьвна вернулась в родную Устюжну, вышла замуж, стала мамой. Много лет проработала медсестрой в хирургическом отделении местной больницы.

Разумова

Любовь Васильевна Разумова, старшая операционная сестра

Люба в 16 лет ушла из деревни в Сокол - работать санитаркой в больницу. Окончила курсы медсестер, а перед войной – медицинскую школу. В финскую кампанию служила в госпитале, потом работала медсестрой в больнице. В первые военные дни подошла к комиссару ВСП-312 Махонину и попросилась на работу.

Первичная обработка ран в поезде не производилась. Но у старшей операционной сестры Любови Разумовой постоянно был в готовности весь операционный инструмент, аппараты для переливания крови. При необходимости в поезде можно было сделать почти любую операцию. В 1941 году в Пскове предусмотрительность Любови Васильевны оказалась кстати: ее запас стерильных инструментов, перевязочного материала и халатов спас жизнь не одному раненому. Тогда операции производились не только в перевязочной-операционной, но и рядом, в душевой. Любовь Разумова сама трое суток провела за операционным столом. Под руководством Любови Васильевны старшие и младшие сестры изучали хирургический инструментарий. После войны Любовь Разумова 50 лет проработала в областной больнице в Вологде.

Беляева
Анастасия Алексеевна Беляева, фармацевт, начальник аптеки

Ася Беляева до войны работала в аптеке в Устюжне. На второй день явилась в военкомат и была отправлена в Вологду, в поезд. Несмотря на молодость и миловидность, была чрезвычайно требовательная, невероятно педантичная. В аптеке царил образцовый порядок, чистота и уют. Она сама освоила технику перевязок, инструментарий, и, когда была необходимость, помогала в перевязочной. Во время порожних рейсов проводила лекции по фармакологии для медсестер. Ася была комсоргом команды, выпускала "Боевой листок", а в конце войны вместе с Раей Оболенской и Валей Лиходкиной оформила несколько альбомов о работе поезда. После войны жила в Ленинграде.

Киселева и Евстигнеева

Фаина Васильевна Киселева, фельдшер

В поезд Фаина Васильевна поступила в июне 1941 года – вместе со своей подругой Шурой Евстигнеевой - и оставалась в нем до конца войны. По возрасту – девчонка, по опыту – уже боец (за ее плечами была финская кампания), она работала в вагонах для тяжелораненых. Позже Фаина Васильевна вспоминала: "В памяти моей стерлись лица раненых, но их развороченные, покалеченные тела я помню и сейчас". Красивая, стройная, Фаина Киселева, конечно же, не оставалась без внимания со стороны раненых – но она была строга и к себе, и к своим поклонникам. На войне погиб ее любимый человек, и его памяти она осталась верна всю жизнь. После войны Фаина Васильевна вернулась в Вологду, работала в городской больнице.

Алеханова

Римма Александровна Алеханова, сандружинница.

Римме было 17, когда, едва закончив трудовую смену в череповецкой швейной артели и едва успев забежать домой - взять карандаш, бумагу и зеркальце - она пришла, вернее, прибежала на поезд. Работала в вагоне для тяжелораненых. Они все были лежачими, и каждого нужно было накормить, напоить, умыть, перевернуть, переодеть. Многие из них, испытывая сильные боли, становились грубыми и капризными. "Иногда, наглядевшись на страдания, я потихоньку плакала в подушку", - вспоминала она. Но молодость брала свое. Как-то стояли два часа в Свердловске, решили с подружками сбегать на танцы. После их окончания заговорилась с одним веселым симпатичным парнем, наконец, кинулась к поезду, а он только хвост показал. Получила сандружинница тогда 5 суток гауптвахты. Закончила службу в поезде еще до конца войны: в один из рейсов получила телеграмму, что умерла мама. Римме пришлось вернуться домой - нужно было воспитывать маленьких брата и сестренку. После войны Римма Александровна работала в Череповце, на металлургическом заводе.

Макарова

Анна Алексеевна Макарова, медсестра.

В финскую кампанию работала в Череповце в эвакогоспитале. Когда началась война, Аня училась в фельдшерской школе - ей пришлось прервать учебу и пойти на работу в госпиталь. 2 декабря 1941 вызвали в военкомат, спросили, кто желает на фронт медсестрами. Так она попала в ВСП-312. Поезд выполнял уже третий рейс, и под бомбежку в Тихвине она не попала. Но попала под другую: в 1943 году поезд стоял под Волховстроем, когда налетели вражеские самолеты. Медсестрам строго-настрого было запрещено выпускать раненых из вагонов. Но один боец все-таки выскочил, Аня кинулась за ним и получила тяжелое осколочное ранение, приковавшее ее к госпитальной койке, на долгие годы сделавшее инвалидом. На лечение девушку отправили домой, в Череповец.

Лачугина

Зинаида Андреевна Лачугина

Зина до войны жила в деревне, ничего не видела больше и не знала. В войну работала, где придется, а в 1944 поступила в поезд. Для нее это стало окном в другой мир – красивый, чистый, современный. В поезде Зине очень нравилась, перед демобилизацией она писала в книге отзывов: "Здесь я многому научилась, за эти полтора года очень выросла. В деревню не поеду, потому что я не получу ничего полезного, хочу работать и учиться". Однако после войны вернулась домой во Владимирскую область и жила там.

Шалагинова

Тамара Дмитриевна Шалагинова, сандружинница

Самая юная из всей команды поезда. Когда началась война, Тамаре едва исполнилось 16 лет. Фаина Киселева вспоминала про Тамару: "Очень хрупкая, нежная девушка, а работала с тяжелоранеными - и откуда силы брались?" Тамара, как и многие другие, участвовала в самодеятельности - пела, плясала. После войны Тамара Дмитриевна жила в Ленинграде, работала в милиции. Она вышла замуж, родила двоих детей.

Мосеева

Клавдия Даниловна Мосеева, медсестра

До войны Клава мечтала стать врачом, но не успела. В июне 41го поступила медсестрой в поезд. Здесь освоила вторую специальность - окончила курсы инструкторов лечебной физкультуры и стала проводить групповые и индивидуальные занятия для раненых. Вот как она писала о поезде: "У нас был красавец-состав из цельнометаллических вагонов, соединенных герметически, прекрасно оборудованных. Настоящий госпиталь на колесах. Обмундирование у всех, от начальника поезда до рядового бойца, было подогнано по фигуре…. Поезд для нас остался действительно мерилом доброты, правды, честного служения Родине на всю оставшуюся жизнь". После войны Клавдия Даниловна переехала в Москву и все-таки осуществила свою мечту: стала врачом - специалистом по легочному туберкулезу.

Оболенская

Раиса Александровна Оболенская, сандружинница

Художник-самоучка, Рая до войны работала топографом. Вот как она вспоминала свое поступление на службу в поезд: "Я зашла в комендатуру станции Киров. Комендант предложил мне военно-санитарный поезд №312, который стоял на рампе, разгружался. Когда поезд подали к станции я подошла к нему, переживала "а вдруг меня не возьмут". Но на мое счастье капитан Порохин дал распоряжение, оформить сандружинницей. И так я вместе с прекрасным и дружным коллективом всп№312 проработала до момента расформирования". В свободное время Рая расписывала красками тумбочки, занавески, скатерти, шторки, рисовала плакаты. Среди коллег пользовалась большим уважением - не случайно она возглавляла профсоюзную ячейку. После войны вышла замуж, жила и работала в Ленинграде.

Дерягина

Таисья Андреевна Дерягина сандружинница

Тая пришла в ВСП-312 из летучки - с Карельского фронта, где работала в теплушках и пульмановских вагонах, и была поражена той чистотой и порядком, которые царили в поезде. Вспоминала, что работы в ВСП-312 всегда было много - и с ранеными и без раненых. В порожние рейсы вместе с другими девушками стирала белье, создавал уют, готовила номера самодеятельности.

Ивонин

Василий Ивонин, санитар

С легкой руки Василия Ивонина коллектив занялся самостоятельной окраской вагонов. Он подошел к начальнику поезда: "Хочу покрасить в своем вагоне потолок и стены, уж больно они неприглядные, облупились после бомбежки". Попросили на заводе белил и олифы, и Ивонин осуществил намеченное. Получилось так хорошо, что все ходили любоваться, а потом решили окрасить все кригеровские вагоны. Василий Ивонин был хороший столяр и маляр. Во время порожних рейсов он оборудовал вагон №5 под столовую для команды, сконструировав особые столики, позже сделал необходимую аппаратуру для ЛФК.

Семенов

Сергей Константинович Семенов, комсорг, старшина состава.

Участвовал в формировании поезда. Сергей Семенов отличился в первых двух героических рейсах - в Псков (спасал медимущество) и Тихвин (спасал электростанцию). После войны вернулся в Вологду.

Кузнецов у нефтедвигателя

Иван Семенович Кузнецов, машинист электростанции.

До войны Иван Семенович работал на ВПВРЗ, участвовал в формировании ВСП-312 и стал одним из двух высококвалифицированных рабочих, которых завод направил на работу в поезде. Иван Семенович был на все руки мастер – умный, грамотный, изобретательный. Он входил в ремонтную бригаду поезда, знал слесарное дело, занимался нарезкой труб. Совместно с Иваном Порохиным сконструировал прачечную - дезкамеру, пресс для отжима и пресс для глажения белья. Построил с Порохиным и Наумовым аппараты для физиолечения, работал в жестяной мастерской. После войны вернулся в Вологду.

Ермаченко

Михаил Прокопьевич Ермаченко, проводник-кочегар

До войны Михаил Прокопьевич был машинистом паровых котлов на водном транспорте. Его семья погибла в блокадном Ленинграде. Сын - летчик погиб при защите Ленинграда. Ермаченко, как и все остальные мужчины, заготавливал топливо, помогал проводить ремонтные работы. После войны жил в Москве, работал в Мосэнерго.

Тарусов

Николай Афанасьевич Тарусов, проводник-столяр

Николай Афанасьевич пришел в поезд в начале 1943 года в качестве санитара, ему уже было под 60 лет. И хоть, он не особенно был крепок здоровьем, работал, не жалея сил. В поезде его руками были сделаны все столярные изделия: рамки, подголовники, щиты, тумбочки, полки. Тарусов входил в ремонтную бригаду поезда, помогал строить дезкамеру.

Соловьева

Анастасия Абросимовна Соловьева

До войны Надя работала в Перми на заводе токарем. Позже она вспоминала: "Во время обратного рейса я, как специалист с завода, работала в жестяной мастерской - в электростанции: обрезала банки и припаивала ручки к кружкам. Эти вещи мы отправляли на фронт. Когда стояли до востребования, на полустанках помогали местному населению косить, собирать урожай". После войны Анастасия Абросимовна жила в деревне Пермского края. Рано осталось вдовой с двумя детьми после гибели мужа.

Чащина

Мария Петровна Чащина, Младшая медсестра

Однажды Маруся чащина подошла к начальнику поезда и сказала: один раненый хочет луку и редиски другой просит сварить яйцо. Что делать? Поезд третьи сутки шел выжженной степью. Зелени и яиц в поезде в этот раз не было. Начальник АХЧ порохин предложил коллективу сам выращивать зелень на крышах вагона, а в ящиках под вагонами держать кур. Как-то возвращаясь с обхода в штабной вагон, ординатор Т.М.Дьячкова дала такой наказ медицинской сестре Марусе Чащиной: "В двенадцатом вагоне есть тяжелораненый по фамилии Зайцев. Он попросил написать на родину письмо. Помоги ему, а главное – у него завтра день рождения. Разрешаю девушкам дать концерт". Обед Маруся принесла Зайцеву на подносе. Накрыто было салфеткой, на которой с одной стороны было вышито: С Днем рождения! А с другой: кушайте на здоровье!

Александр Афанасьевич Синявин, поездной вагонный мастер

Александр Синявин поступил в поезд в июне 41 года. Александр Афанасьевич возглавлял ремонтную бригаду, проводившую дезинфекцию вагонов, их покраску, текущий ремонт, остекление выбитых стёкол и многое другое. Кроме того, Синявин разработал новый способ ухода за колесной буксой. Тогда была принята заливка букс через 150-200 км. Он предложил делать сплошную заливку букс в начале каждого рейса, после чего закрыть ее на болты и во время рейса ограничиваться только контролем букс, ощупыванием на нагревание и остукиванием. Этот способ давал возможность проходить большие дистанции от 500 до 2000 км. Ноу хау Синявина было проверено четырьмя годами работы поезда - за 199.560 км не было ни одной аварии. К сожалению, этот опыт так и не был распространен на сеть.

Дмитрий Дмитриевич Осокин, помощник машиниста электростанции

Рабочий завода ВПВРЗ. Участвовал в формировании поезда. отличился в Тихвине во время спасения вагона-электростанции; работал в жестяной мастерской. После войны вернулся в Вологду

фотовыставка ВСП-312 

screenRenderTime=1